Рашид Бейбутов. Вечная песня любви

Прохладным декабрьским утром ведущая программы «Утро» (ОРТ) с очаровательной улыбкой на лице сообщила телезрителям, что в этот день родилась звезда «Боливуда» - Радж Капур! Но мало кто помнит и знает, что именно в этот день и в тот же час в Закавказье родился еще один человек, которому тоже суждено было стать звездой и очень близким Раджу другом - Рашид Бейбутов. За десятилетия их дружбы бывало, что этот день они отмечали вместе. Только кто об этом теперь вспоминает? Разве только жена Рашида…

Рашид Бейбутов – звезда и легенда 60-х. Яркая неординарная личность. Певец любви: самого божественного из всех человеческих чувств. «Что отдал - богаче стал, что сберег – то потерял» - словами русского поэта Николая Доризо на музыку Тофика Кулиева («Песня дружбы») воспевал идеалы эпохи советский певец, великий мастер, народный артист СССР, депутат Верховного Совета СССР с 25-летним стажем, всенародный любимец, кумир XX века – Рашид Меджидович Бейбутов. Собственно – это были и его идеалы. Он жил, как дышал – полной грудью и взахлеб. Пел, как жил – переполненным любовью сердцем и распахнутой душой. И дышал – любовью к людям.. Была в этом невысокого роста человеке какая-то магнетическая сила. Сила и основательность. Наверное, поэтому так тянулись к нему и дружили с ним и Николай Рыбников, и Надежда Румянцева, и Майя Плисецкая, и Родион Щедрин… Впрочем, не только люди тянулись к нему, как к солнышку. Растения, дети, животные испытывали к нему безграничное доверие. Рассказывают, что Рашид Меджидович очень любил цветы. Все. Относился к ним, как к существам живым и все понимающим. Поэтому умел общаться по-своему: разговаривая с ними, врачевал голосом своим, нежными прикосновениями пальцев и…случалось чудо! Цветы оживали! Называл их дивным и совершенным творением природы, которое можно сравнить только с совершенством Женщины. А это - отдельная тема его песен. Как впрочем, и души. Трепетная и проникновенная. Мама, возлюбленная, дочь и родина…

Песня первая. Фируза Векилова.

Он унаследовал от нее аристократизм духа, необычайную деликатность, мягкость души, величайшую терпимость к несовершенству окружающего мира. А еще – душевную мудрость. Она учила, что только собственным совершенством можно сделать мир лучше: любовью и открытостью сердца приумножить добро. Рашид с детства был очень привязан к матери. Понятное дело – младший! А, потеряв ее в возрасте 17 лет, не смог с этим смириться всю оставшуюся жизнь. Ей было всего 42 года, когда она покинула этот мир и своих троих детей – Энвера, Наджибу и Рашида. Пройдут годы. Бейбутов, став мировой знаменитостью, в свой песенный репертуар всегда включал песни о матери: на русском, азербайджанском, украинском языках - «Мама», «Ана», «Рушнык». В какой бы стране мира не исполнял песню «Ана» (Мама), вкладывал столько боли и тоски, что зрители Индии, Ирана, Чили, Перу, Китая, Аргентины, Англии, Бельгии, Швейцарии и многих других стран и континентов, где довелось ему побывать с концертами, понимали и разделяли тоску и боль души так, как будто он поведал им это на их родном языке. Каждое такое исполнение – это исповедь сердца, не успевшего одарить ее той сыновней любовью и заботой, которой принято на востоке выказывать почтение и благодарность своим родителям за подаренную жизнь.

Фируза ханум, дочь командира Дагестанского полка царской армии, получила прекрасное образование и воспитание. Принадлежала она к дворянскому сословию и имела еще двух сестер и троих братьев. Сыновья так же, как и их отец Аббасгулу бек, посвятили себя военному делу. Воспитывая троих детей, она успевала еще возглавлять организованное ею женское мусульманское общество по изучению этикета, русского и французского языков; осуществляла постановки в драматическом кружке, где девушки играли и женские и мужские роли. И было все это в Тифлисе, куда ее привез юный муж Меджид Бейбутов, похитив в Шуше. Семья Фирузы приехала туда из Казаха на чью-то свадьбу. Там-то и увидел ее Меджид. Впрочем! Глаза девушки, остановившись на красивом шушинце, тоже сказали ему о многом! Девушка поразила его сердце и воображение настолько, что он даже представить не мог все свое дальнейшее существование без нее. А поскольку был купеческого, а не дворянского сословия, то официально свататься не рискнул. Но вот способ встретиться с красавицей и очаровать ее своим чудесным певческим голосом все же нашел! Сделать это было несложно, так как торговать тканями, разнося их по дворам – было в порядке вещей. Меджид довольно уверенно чувствовал себя в роли «аршинмалчы» (торговец тканями вразнос), был статен и красив настолько, что заглядывались на него не только девушки, но и замужние женщины. И хотя семья его была богатой и довольно известной в Шуше - им принадлежали большие наделы земли, магазин тканей, конюшни в Агстафе - вряд ли отдал бы Аббасгулу свою умницу и красавицу дочку за аршинмалчы! Поэтому, долго не раздумывая и, пользуясь тем, что семья бека все еще гостит в Шуше, Меджид выкрал девушку и спешно увез в Тифлис, где, кстати, тоже было свое дело по производству шелковых келагаи (женские шали) и вполне приличный дом. Там и обосновались молодые. Чувства были взаимными, поэтому в этом браке родилось трое талантливых и красивых детей. Смею думать, и счастливых тоже. А поскольку отец их – Меджид Бейбутов – был знаменитым ханенде( исполнитель народных песен и музыки), которого приглашали с концертами в Ригу, Варшаву, Иран, Турцию, Грузию, то и дети унаследовали не только любовь к народной песне, но и певческий талант. С 1911 по 1919 годы было выпущено 40 пластинок с записями его песен. До сих пор в запасниках Лондонской Королевской библиотеки хранятся записи с изумительным голосом Меджида - ханенде! Он был настолько популярным в свое время, что слава о нем всегда шла впереди него, распахивая двери домов аристократов и концертных залов. Однако, не это являлось, выражаясь языком современным, основным заработком. У него было свое дело, так сказать, небольшой бизнес, который давал возможность жить семье безбедно, а ему создавал репутацию делового, следовательно – уважаемого человека. Восток – дело тонкое. Здесь умеют ценить подлинные мужские и человеческие качества. А оценив однажды, помнят долго и передают из уст в уста, из поколения в поколение . Поэтому общественная репутация родителей была, пожалуй, самым дорогим из того наследства, которое осталось детям. Гораздо позже, уже в советское время, Рашид – сын Меджида - ощутит на своей судьбе защитную силу отцовской славы, которая сделала ханенде не только уважаемым, но и легендарным в Закавказье. А было это так. Рашид, совсем юный по тем временам певец, успевший, однако, поработать в оперном театре Тбилиси, в джазовом оркестре Армении, поездить с концертами по воинским частям и госпиталям, замечен был Рзой Тахмасибом на одном из концертов в Баку. Шел 1944 год. Режиссер снимавшегося фильма «Аршин мал алан» никак не мог найти актера на роль купца Аскера! На концерте он оказался случайно, но именно эта встреча и оказалась судьбоносной для обоих: режиссер получил исполнителя главной роли, а артист навсегда переехал в Баку! Ситуация прелюбопытнейшая еще и потому, что Узеир бек Гаджибеков, создавая свою оперетту, в основу сюжета положил историю родителей Рашида! Помните? Она – дочь бека, он – осиротевший сын купца? Так вот собственно Аскер и стал прообразом Меджида Бейбутова. История двух влюбленных, проявивших чудеса изобретательности на пути к собственной любви, не оставила равнодушным никого. В том числе и американцев, которые первыми предприняли попытку еще во времена немого кино снять историю, так удачно увековеченную гениальным азербайджанским композитором! Сыграв, по сути, собственного отца, Рашид стал в Азербайджане популярным настолько, что однажды его вызвал к себе Первый Секретарь ЦК КП Мир Джафар Багиров. Певец, только что вернувшийся из очередной гастрольной поездки и проживающий в гостинице «Интурист», которая нынешнему поколению бакинцев известна, как «Старый Интурист», явился на прием в весьма…оригинальном наряде. Представьте: в яркую клетку пиджак с огромными плечами, набриалиненные волосы, яркий галстук, лаковые туфли. Стиляга! А теперь представьте Багирова – в синем, по типу сталинского, френче, на переносице круглые, как у Берии, очки, взгляд поверх которых не сулил ничего приятного: этот невысокого роста артист явно отличался от того Аскера, который так понравился первому секретарю республики! «Чей ты сын?», - спросил он, не скрывая своего неодобрения. Но, когда услышал, что Меджида Бейбутова из Шуши, воскликнул: «Меджида ханенде?». Взгляд его потеплел, и уже совсем другим тоном он сказал, что такому певцу не следует жить в гостинице, пора уже иметь и свой дом, поэтому правительство выделяет ему квартиру. Так, в доме по улице Нижняя Бульварная (ныне Бакиханова), угол Красноармейской (ныне Самеда Вургуна) получил свою первую квартиру любимый артист. Бакинцы называли этот дом Домом Артистов. Потому что там действительно жили представители культурной элиты города, популярные артисты, ставшие гордостью и славой Азербайджана.

Песня вторая. Джейран.

У него в репертуаре действительно была такая песня. Народная. Но мне кажется, что он сочинил ее сам. Тогда, когда встретил ту, которую ждал всю сознательную жизнь. То есть, до сорока своих лет. И не потому, что привередлив был сверх меры и разборчив. А потому, что жизнь артиста только со стороны кажется полной романтики и приключений. На самом же деле – это упорный ежедневный труд и постоянные поездки. Жизнь на колесах не все умеют принять и вынести. Лишения бытового комфорта – серьезное испытание на прочность: и чувств, и профессии. Но, наверное, предопределено было свыше, чтобы он поселился именно в этом доме, выстроенном по форме прямоугольника и имеющем сквозной проход с двух противоположных улиц! Потому, что благодаря такой архитектурной особенности, через этот двор всегда пробегали студентки мединститута, направляясь после очередной лекции из одного здания в другое. А поскольку корпуса располагались в разных точках города, то и приходилось сокращать путь, чтобы быстрее попасть на троллейбусную остановку и не опоздать на следующую лекцию. Теперь представьте себе картинку середины 50-х, с ее атмосферой интернационального доверия, нравственными идеалами и, как непременное условие – стиль одежды того времени. Надо заметить, что Баку всегда отличался авангардным отношением к тому, что происходило в моде, музыке, литературе, позже – в кино. Поэтому люди даже со средним достатком всегда умудрялись соответствовать структуре момента. Но вернемся к дворику. Надо сказать, что бакинские - никогда не пустовали. Здесь всегда было принято сообща пить чай, делиться рецептами, захаживать друг к другу в гости. Без повода, просто так, на чашечку чая и приятное общение. Здесь интерес друг к другу не иссякал никогда. А уж со стороны мужчин к представительницам прекрасного пола – тем более! Поэтому молодые люди, если оказывались дома, не упускали случая полюбоваться со своих балконов на пробегающих через двор студенток. Девушки, конечно, знали об этом, но не подавали вида. Скромность была в чести у бакинок. Но юность, мирная счастливая жизнь – брали свое. И они, конечно же, знали, что в этом престижном доме живет популярный и неженатый артист Рашид Бейбутов! Знали, что он уже мировая знаменитость и даже дружит с самим Раджем Капуром! И что родились два великих артиста в один и тот же день – 14 декабря! Вспомните, дорогой читатель, популярность индийского кино в Советском Союзе! Надо ли еще что-то добавлять к сказанному? И самое главное – холостяк был чудо как хорош собой и обладал дивным, обволакивающе-завораживающим голосом, той мужской харизмой, которая всегда выгодно выделяла из общего окружения, делая его, мужчину среднего роста, фигурой значимой и заметной. Поэтому бакинские барышни на выданье прекрасно знали, что Рашид с высоты своего балкона смотрит на них иногда даже в бинокль, и, конечно же, замечая поблескивание стекол на солнце, каждая втайне надеялась, что выбор падет на нее. Особенно Мясьма - уверенная в своей неотразимости дочь номенклатурного работника: с решительным характером, не позволяющим оставаться незамеченной, и манерой одеваться не то, чтобы по последнему слову моды, или экстравагантно, но так, что на нее всегда обращали внимание. Она была почти уверена, что мировая знаменитость высмотрел из всех именно ее, и даже готова была расторгнуть помолвку (в Баку говорят – обручение) в третий раз, только бы стать женой артиста. Джейран была ее подружкой по курсу и смотрела на все эти треволнения вежливо и отстраненно. И хоть считалась на курсе красавицей, ее вся эта суета вокруг знаменитости мало занимала. Она вообще не думала тогда ни о замужестве, ни о любви. Просто училась – старательно и прилежно, как и привыкла, будучи самой младшей и любимой в интернациональной семье. В свои неполные 18 лет Джейран была высокой и очень худенькой. И вот когда она поступила в мединститут, мама отвела ее к известному в городе портному по фамилии Иванов, и заказала дочери ее первое «взрослое» пальто. Тот посмотрел на худенькую девушку, вздохнул и деликатно так намекнул, что не лишним будет проложить толщинки по линии груди. Джейран смущенно отвела взгляд, мама быстро согласилась, а к осени девушка уже щеголяла в новом модном пальто. Благодаря стараниям портного она уже не казалась такой худышкой и ловила на себе взгляды не только сверстников, но и взрослых женщин, которые поглядывали на нее, как на невесту на выданье, прикидывая – может ли эта девушка составить партию их сыновьям. Вот и в этом дворе, женщина примерно маминого возраста, поглядывала на Джейран дружелюбно и ласково. Но разве девушка придавала этому значение? Конечно, нет! И только в декабре она поймет значение этих взглядов. А пока на улице стоял холодный ноябрь, и она заболела ангиной. Мясьме одной пришлось бегать через двор на лекции в течение двух недель. А когда Джейран выздоровела, и они с Мясьмой снова пошли через двор Дома артистов, увидела как Бейбутов, завидя их сверху, вскинул руки вверх, так, как будто благодарил небо за что-то. Мясьма, конечно, тут же отнесла это на свой счет и заявила, что готова к решительным действиям. А назавтра, когда девушки, опоздав на троллейбус , неторопливым шагом, болтая, направились по обычному пути, Джейран поразилась тому, что со скамейки навстречу ей поднялась та самая женщина с дружелюбным взглядом, и, представившись мамой композитора Фикрета Амирова, показала на балкон, где стояла молодая женщина с ребенком на руках: «Видишь, дочка, эту женщину с ребенком? Это – моя невестка. Ничего плохого тебя в нашем доме не ждет. Мы хотим просто познакомиться с тобой, поэтому приглашаем на чай. Прошу тебя, поднимись вместе со мной к нам, не обижай отказом». Джейран совсем не хотелось идти в чужой для нее дом, но женщина настаивала, и было неудобно обидеть ее отказом. Нехотя она поднялась за женщиной в квартиру и в раскрытую дверь комнаты увидела накрытый стол. Тут же почувствовала себя неловко: вдруг у кого-то день рождения, а она с пустыми руками? Дурдана ханум, так звали маму Фикрета Амирова, поинтересовалась семьей девушки и, услышав, что та – дочь Балабека, всплеснула руками. Оказалось, отец Джейран – близкий друг родного брата Дурданы ханум Амировой. Надо было видеть, как обрадовалась этому обстоятельству женщина! Но не успели они толком посмаковать эту тему, как входная дверь распахнулась, и в комнату стремительно влетел Рашид Бейбутов. Выглядел безупречно: волосы набриолинены, светлое пальто наброшено на плечи, туфли по последней моде! Джейран, сняв свое пальто, не успела толком понять, что вообще происходит, как его шикарное пальто полетело на пол, и он, подхватив на руки Дурдану ханум, закружил ее по комнате. Радостно смеясь, он все приговаривал как счастлив и рад, что она сделала ему такой подарок. Оказалось , что у Бейбутова в этот день, 14 декабря – день рождения. А позже он расскажет своей юной жене, что, впервые увидев ее среди сокурсниц, загадал: если они встретятся в день его рожденья, значит – это судьба. И они будут счастливы. Дурдана ханум, конечно, не знала об этом. Просто, заметив внимание Рашида к этой девушке, решила сделать ему сюрприз. Поэтому и стол накрыла ради него: ведь у Бейбутова родственников здесь не было. А с ее Фикретом они были очень дружны, поэтому по-матерински беспокоилась и о нем тоже. Позже, когда Рашид и Джейран уже были женаты, он шутя сказал, что впервые для себя открыл такие чудеса портняжьего дела, которые при помощи верхней одежды могут создавать шедевры оптического обмана. В ивановском пальто девичья фигурка имела более соблазнительные формы! Но этих дивных глаз и чудных пепельного цвета волос ничем не скроешь!

Славлю твою красу, Джейран!

Жизнь тебе в дар несу, Джейран!

Бесхитростные слова той самой народной песни отражали всю глубину его чувства к молодой жене, которую он всю жизнь ласково называл «деточка». Она и правда была деточкой: чистая, наивная, доверчивая! Но именно она сумела дать ему ощущение счастья, надежного очага, который придавал смысл всем его начинаниям. Он купил фотоаппарат, чтобы ее фотографировать, и часто устраивал фотосессии, предлагая позировать перед объективом в том или ином образе. Например, выставив к ногам любимой все имеющиеся в доме цветы, или придав причудливую форму ее длиннющим волосам, или на фоне города…Словом, он талантлив был во всем. Мог бы стать настоящим фотохудожником, если бы не стал певцом. Впрочем, как и режиссером, актером, возможно – дизайнером, как теперь принято говорить. Многие его таланты проявятся позже, когда по распоряжению Гейдара Алиева получит здание для открытия Театра Песни. Там он будет не только солистом и художественным руководителем, но еще и режиссером, и автором художественного оформления и костюмов! Он – человек прогрессивных взглядов, очень интересовался всеми новинками театральной техники. Поэтому, как только европейские театры стали применять световые эффекты и экраны (латерна магика) чеха Йозефа Свободы – в Бакинском Театре Песни тут же появились эти экраны, которые придавали шик его постановкам, расширяя возможности художественного и эстетического воздействия на зрителя. Он был мудрым и влюбленным: в жизнь, искусство, профессию, свою семью, своих друзей и свою землю, свой край, гимн которому пел всю свою жизнь во всех тех 100 странах, в которых побывал с концертами. Советский артист из маленькой республики Азербайджан умножал славу отечества, раздвигая границы до предела географического понятия – Союз Советских Социалистических Республик. А будучи на протяжении 25 лет депутатом Верховного Совета СССР не знал даже, что имеет права на льготные путевки с выездом в здравницы СССР. Поэтому свой летний отпуск, если таковой случался, он проводил в основном на балконе своего дома, преодолевая жару с помощью горячего чая. У него был участок земли, на котором все никак не удавалось построить нормальное жилище даже в виде летнего домика. Но он любил там бывать со своими друзьями, организовывая шашлыки и угощения. Традиционный бакинский способ общения: не трапезы ради, а ради удовольствия видеть и слышать друг друга! Теперь уж и эта традиция уходит в прошлое. Мир становится прагматичнее. А жаль.

Песня третья. Рашида.

На старой фотографии Рашид Бейбутов с ребенком на руках в окружении родственников. Рядом – красавица-жена. Фотограф запечатлел их прямо на ступеньках родильного дома. Он так счастлив! Вот он, смысл жизни! Только гармоничное единение с миром может давать человеку столько сил и неиссякаемой энергии. Только согласие с собственной совестью может давать ощущение полного и безмятежного счастья. Он растил ее, относясь так, как относятся к хрупким экзотическим цветам. Не подавляя отцовским авторитетом, умел стать ей близким задушевным другом, которому она, школьница, поверяла все свои тайны, даже детские влюбленности, а он очень вдумчиво и серьезно разбирал с ней каждую сложившуюся ситуацию так, как будто это было делом первостепенной важности. Рашид Меджидович вообще умел слушать. Поэтому к нему тянулись и посторонние люди, и избиратели, и артисты его театра, и друзья. Его любили растения, птицы, животные и дети. В доме долгие годы жила канарейка по имени Кенар. Его потрясающие трели оживляли пространство дома, давая ощущение единения с природой. Говорят, что у птиц нет функций головного мозга. Они не умеют думать. Может быть, с научной точки зрения это и так. Но ведь не все поддается анализу. Кенар так долго жил в доме Бейбутовых, что его желтенькое оперение побелело и стало походить на седину. Между Кенаром и хозяином дома установилась какая-то высшая связь. Птица была привязана к хозяину не меньше, чем он к ней. Рашид Меджидович имел обыкновение распеваться дома. Стоило ему только начать – Кенар подхватывал и тоже выводил свои трели. А однажды его маленькое тельце нашли бездыханным у плошки с водой. Как все расстроились! Рашид Меджидович взял тельце в ладони и подул птице в клювик, а потом из пипетки по капельке стал вливать Кенару водичку. Птичка встрепенулась и, к огромной радости всех - ожила. Таких случаев было немало, поэтому в какой-то момент маленькая Рашида уверовала, что ее папа волшебник и может все-все. И как это часто бывает, детская вера в чудо незаметно переросла в уверенность и девушка, повзрослев, просто всегда знала – папа может все! Он настолько оберегал, опекал и создавал ощущение, что мир вокруг совершенен и прекрасен , так же , как совершенен и прекрасен он - ее отец – Рашид Бейбутов, что когда его не стало, она очень растерялась. Мир перестал излучать краски, лишился света, покрывшись серой пеленой невосполнимой утраты. Маленький сын, названный в честь дедушки, едва успел запомнить тепло его рук, как того не стало. Все казалось чудовищно несправедливым и страшным. Казалось, что вместе с отцом покинули мир сказки и та справедливость, которая была всегда и во всем. Она очень долго не понимала, как вообще можно жить без него? Без его песен? Без его доброй улыбки и ласкового взгляда? Разве он не войдет в зал и не сядет у микрофона так, как это было совсем недавно? Разве после очередных гастролей в далекой стране, вернувшись, не станет, как добрый волшебник извлекать подарки для всех своих работников и артистов? Не накроет стол прямо в своем кабинете после длительных прогонных репетиций, ведь люди устали, а до дома доберутся еще не скоро ? Она все еще не может смириться с этим. И только песня, папина, которую он с многочисленных площадок мира адресовал ей, своей чудо - девочке, ждущей его дома вместе с мамой, звучит напоминанием:

Спи, родная, сладко-сладко

Нет, не бойся, я с тобою!

Утром снова над кроваткой

Встанет солнце золотое !

Слышишь, вдали: бай-бай?

Это – реки, это птицы,

Это – звезды шепчут над тобой…Бай-бай, бай-бай..

Голос, сохраненный на диске, и уцелевший, благодаря усилиям мужа Рашиды – Кямиля Шахвердиева, ласкает и успокаивает. Золотой голос. Неповторимый голос его души, его безмерной любви. А каждая его песня – это маленький драматический спектакль: чья-то судьба, характер, жизнь… Он был уникальным и универсальным артистом. Пел в опере, снимался в кино, а жизнь отдал новому зарождающемуся жанру эстрадного пения. Но как настоящий творец хотел новых высот и горизонтов, поэтому и создал этот театр, где песню возводил в ранг синтетического искусства, на практике доказывая, что возможности у эстрадного исполнителя могут быть ограничены только его собственной ленью. Поэтому в его Театре был создан большой музыкальный ансамбль с наличием оригинальных инструментов, привезенных Мастером из разных стран, кордебалет, где выпускники хореографического училища подбирались одного роста… Это был первый в Союзе Театр такого жанра и многие прославленные певцы, в том числе и Алла Пугачева, завидовали тем возможностям Бейбутова, которые тот имел благодаря пониманию и поддержке Гейдара Алиева. Рашида очень хотела бы продолжить дело отца, мечтая стать художественным руководителем. Не ради самоутверждения, а ради того, чтобы сохранить и продолжить то, что он начал. Это – ее дочерний долг. Есть силы, есть идеи, есть желание. Наверное, это закономерно. Таких примеров мы знаем великое множество. Но пока только ее собственная память и бесчисленные фотографии семейного архива хранят хронологию событий на пути становления артиста и того нового жанра, основоположником которого мы можем считать Рашида Бейбутова. Бесчисленные фотографии – безмолвные, но красноречивые свидетели славы и популярности азербайджанского артиста, рядом с которым и Галина Уланова, и Майя Плисецкая, и Игорь Моисеев, и Николай Черкасов, и Вэн Клайберн, и Сергей Михалков, и Радж Капур, и Джавахарлар Неру, и Индира Ганди, и Святослав Рихтер, Чингиз Айтматов, Махомед Реза Пехлеви, и даже император Хайле Селассие Первый, наградивший в Аддис- Абебе азербайджанского певца ценным подарком и золотой медалью за исполнение песни «Алмас». Была ли еще у кого-то из наших исполнителей того времени такая мировая слава? Такая любовь зрителей? В том числе и на родной земле. Он любил своих зрителей искренно. Отдавал им всю свою душу и талант. Поэтому разъезжал со своим театром по всей республике. Дав слово Гейдару Алиеву добраться со своими концертами до всех, даже самых маленьких горных деревушек, он его сдержал. Горы его - шушинца, не страшили. Тем более, что опыт пения в горах Чили, где разреженный воздух заставлял подносить к лицу кислородную маску, уже был! Так родных ли гор ему было страшиться? Сын своего народа – соль его и слава, он всегда был там, где был нужен, где его ждали. Служил своему народу верно и преданно. Что осталось?

Недопетая песня

1989 год... Рашид Меджидович, готовя новую программу к открытию Театра после капитального ремонта, не покидал репетиций. Сидя в зале у микрофона, он не смог подняться на сцену, потому что при очень высокой температуре чувствовал себя неважно. Поэтому спел турецкую песню «Забыла меня жестокая» со своего режиссерского места в зале. Спел так, как не пел никогда. Это была последняя в его жизни репетиция. Он собирался вернуться к работе над этой песней. Потому что собственное исполнение показалось ему несовершенным. Свою последнюю песню человек-легенда XX века так и не допел до конца. Что осталось?

Улица его имени, музыкальная школа, судно, боль и слезы родных и … Театр. Его детище. Его жизнь. Там больше не звучит его голос…

Фотогалерея

Комментарии