Судьба сестры Иоанны

Судьба сестры Иоанны

Тридцать пять лет своей жизни инокиня сестра Иоанна провела в эмиграции, но всегда мечтала вернуться домой, в Россию, чтобы быть полезной на родине. Именно поэтому она с благоговением и радостью приняла наказ своего духовного наставника отца Сергия, который завещал ей возвращаться в Россию и продолжать нести там свой крест с радостью.

Прослеживая жизненный путь Юлии Николаевны Рейтлингер можно с уверенностью сказать, что ее судьба — это неотъемлемая часть истории русской эмиграции и реэмиграции. Сегодня благодаря усилиям многих людей, лично знавших эту удивительную женщину и талантливую художницу бережно собраны ее дневники, фотографии, письма, рукописи, подлинные акварельные зарисовки и работы, объединенные в один архив в Библиотеке-Фонде «Русское Зарубежье» в Москве. Но, пожалуй, самое главное сокровище этого уникального собрания – это фрески сестры Иоанны, созданные ею для храма Святого Иоанна Воина в Медоне (Франция).

Эти фрески, спасенные Никитой Струве, были привезены им в Россию и стали основой творческого наследия Юлии Рейтлингер. В 2003 году одиннадцать щитов с сюжетами: «Рождество Богородицы», «Благовещение», «Рождество Христово», «Крещение Господне», «Преображение», «Распятие», «Воскресение», «Сошествие Святого Духа на апостолов», а также Символы Евангелистов и 60 фрагментов от сюжетов Изгнания из Рая, Апокалипсиса и Небесной литургии обрели свое новое пристанище в Москве, а затем это собрание пополнилось новыми документами.

Хранительницей архива Юлии Рейтлингер в Библиотеке-Фонде «Русское зарубежье» стала Наталья Павловна Белевцева, лично знавшая сестру Иоанну. Юлия Николаевна приезжала в Москву из Ташкента, где она жила последние годы своей жизни. Постоянного жилья у сестры Иоанны в столице не было, поэтому останавливалась она у друзей, количество которых год от года росло. Несколько раз Юлия Николаевна гостила в доме Белевцевых, где ее радушно принимали и были несказанно счастливы общению с этой необыкновенно отзывчивой и творчески одаренной женщиной. Общение с ней было всегда праздником, и не только потому, что Юлия Николаевна подробно рассказывала о своей жизни за пределами СССР. Дело в том, что духовно «подкованная» сестра Иоанна могла обратить в христианство любого неверующего. А таковых в 80-е годы минувшего столетия в СССР (увы!) было немало. Но даже самые упрямые атеисты, став собеседниками Юлии Рейтлингер, после нескольких диспутов прекращали спорить и полностью разделяли ее взгляды. Один из таких примеров происходил на глазах у Натальи Павловны Белевцевой. Дело в том, что сестра Иоанна обратила в христианство мужа Натальи Павловны — известного физика и убежденного атеиста Владимира Павловича Логвиненко. «Сначала сестра Иоанна познакомила его с «живыми» верующими физиками, которых она хорошо знала лично, а потом советовала Владимиру, какие именно молитвы и в каких случаях читать и какие духовные упражнения выполнять», — поделилась Наталья Белевцева.

Это кажется удивительным, но путь сестры Иоанны к постижению истины, духовному просветлению и ее дальнейшее обращение в христианство, а затем принятие пострига в монахини был удивительно легким, словно некие высшие силы специально направляли Юлию Николаевну в нужное русло, вовремя посылая ей то преданных и надежных друзей, то сильных духовных наставников. Кто знает, может быть, духовная миссия сестры Иоанны в чем-то уже была предопределена Всевышним?

 

«Юля-художница»

Юля родилась в Петербурге и раннее детство провела в северной столице России. Ее родители – бароны Рейтлингеры происходили из прусско-остзейской знати. Мать – Лидия была дочерью генерала Гонецкого. Она закончила Смольный институт, инспектором в котором служил Константин Дмитриевич Ушинский. Лидия сразу же прониклась его идеями, став впоследствии его ярой поклонницей. Отец Юлии – сын генерала Александра Рейтлингера был высокопоставленным служащим. Семья Рейтлингеров постоянно находилась в окружении культурных, интересных и образованных людей. Частыми гостями в доме были критик Ю. Н. Никольский, известный общественный деятель В. А. Ободенский и П. Б. Струве. Поэтому не удивительно, что Рейтлингеры стремились дать своей дочери Юлии достойное образование и отдали ее учиться в частную гимназию М. А. Мещерской. Несмотря на свое знатное происхождение, Юля как и ее родители не была сторонницей светского образа жизни. «С раннего детства полное отсутствие баловства и при этом полная свобода», - напишет она в своем дневнике. С ранних лет девочку привлекали книги религиозного содержания и живопись. Она с удовольствием посещала выставки Нестерова, Серова, Петрова-Водкина. Девочка умела рисовать, занимаясь любимым делом всюду, как только появлялась возможность, за что в гимназии от сверстников и педагогов она получила прозвище «Юля художница». Да, Юля была художницей с рождения до самой смерти.

Судьбоносная встреча

В 1915 году Юля закончила основной курс обучения в гимназии и поступила в четвертый класс Рисовальной школы Общества поощрения художеств. В 1918 году девочка с матерью и сестрами отдыхает в Крыму, где, очарованная природой, пишет этюды, а отец семейства уезжает в Польшу. В Крыму, в Олеизе происходит знакомство Юли со священником Сергием Булгаковым. Разве могла она тогда предположить, что именно эта встреча резко изменит всю ее дальнейшую жизнь? После знакомства девушка запишет своем дневнике: «…Булгаков – впервые теперь его вижу. Он – почти страшен; горящие пронизывающие глаза, напряженное лицо – производит на меня огромное впечатление. Пророк! …Через несколько дней – больше так жить не могу! – отправилась в Олеиз – к отцу Сергию». Для того, чтобы еще раз встретиться с отцом Сергием, Юлии Рейтлингер пришлось преодолеть путь длиною в… 28 километров. «Два дня там. Беседа на огороде – «учителями не называйте никого, ибо один у вас учитель – Христос», - исповедь, причастие, сны – замечательно!», - вспоминала она. Вскоре она станет духовной дочерью отца Сергия, а также его помощницей и другом на всю жизнь. Но это произойдет через несколько лет за пределами России.

Вынужденная эмиграция

Начавшаяся в России революция не позволила 19-летней Юлии закончить художественное образование. Это был период тяжелых испытаний, которые суждено было пережить девушке. В Крыму от сыпняка умирают сначала две ее сестры, а потом и мать. В 1921 году, потеряв близких, Юля с сестрой Катей принимает решение покинуть Россию. Из Крыма они отправляются в Варшаву к отцу. Затем Юля перебирается в Прагу, где поступает на философский факультет Университета и впервые пробует там писать иконы. Именно в Праге в 1923 году Юля вновь встретится с отцом Сергием, высланным из России. В Праге юная художница сделала несколько набросков отца Сергия, а потом на их основе написала главу Иоанна Предтечи, совершив невероятное — новый поворот в иконописи. Юлия Рейтлингер видела свою задачу в том, чтобы сделать икону живой, соединив ее с молитвенной жизнью и художественностью.

В 1925 году отец Сергий по рекомендации митрополита Евлогия, служившего в Париже, был привлечен к созданию в столице Франции Свято-Сергиевского Православного богословского института. Вместе с ним во Францию отправляется и Юлия, которая поселилась с отцом Сергием в одном доме, чтобы помогать в быту его семье. С этого момента началось общение молодой художницы с одним из самых известных православных богословов минувшего столетия, которое продолжалось затем более 20 лет. Юлия Рейтлингер прилежно училась у священника богословию, богомыслию и полной отдаче себя церковному служению. Однако и отец Сергий, в свою очередь, приобретал многое, наблюдая за тем, как православные истины постепенно открывалась доверчивому взору юной художницы.

Во Франции Юлия смогла продолжить обучение у признанного иконописца Д. Стеллецкого. Она осваивала технику написания икон старообрядческими мастерами, а затем закончила трехгодичный курс религиозного искусства в мастерской Мориса Дени, где усовершенствовала свои знания по живописи. «Общего художественного развития получила я от них очень много. Но в чем-то – поскольку католическая картина разнится от иконы – мне надо было впоследствии идти как бы «от противного», - записала она в автобиографии.

Творческая икона

Во Франции у Юлии Николаевны была прекрасная возможность подробно познакомиться с мировым иконописным наследием, которое было собрано в местной Национальной библиотеке. Правда, это были всего лишь репродукции. А затем Юлия Николаевна специально отправилась в Мюнхен, чтобы посетить там выставку икон, привезенную в Германию из России. Пять дней она с утра до вечера пропадала на выставке. «Глаз не оторвать от «Троицы» Рублева!», — с восторгом вспоминала Юлия. Это был перелом в ее творчестве. О переполнявших эмоциях она пишет французскому художнику Морису Дени: «Под впечатлением этой выставки мои собственные поиски «современной иконы» несколько изменились; может быть, они еще изменятся в дальнейшем, но я не могла удержаться от того, чтобы начать работать в том стиле, который увидела, не потому, что этого требует канон, но по художественному вкусу… Вы хорошо понимаете, икона не картина, а предмет для молитвы, и меня мучило, как сделать, чтобы она была духовной, чтобы она не мешала молиться, а в то же время была искусством, ибо мы, художники, именно искусство хотим принести к ногам Нашего Господа… Только после выставки я поняла истинный путь иконописца, ибо увидела творения великих художников». С этого времени она будет находиться в постоянных поисках нового пути к иконе. «Моя мечта – творческая икона, но - ремесло – необходимо», - читаем в ее дневнике.

Храм Святого Иоанна Воина в Медоне

К счастью, у отца Сергия было полное взаимопонимание с его ученицей и талантливой художницей Юлией Рейтлингер. Она разделяла учение священника о софийности мира, а он допускал возможность появления «новых икон нового содержания». В своей книге «Икона и иконопочитание» отец Сергий писал: «Жизнь Церкви никогда не исчерпывается прошлым, она имеет настоящее и будущее, и всегда равно движима Духом Святым. И если духовные видения и откровения, засвидетельствованные в иконе, возможны были раньше, то они возможны и теперь, и впредь. И это есть лишь вопрос факта, появится ли творческое вдохновение и дерзновение на новую икону». И они появились. Новые иконы нового содержания – это фрески Юлии Рейтлингер, написанные художницей для храма Святого Иоанна Воина в Медоне. Этот храм был построен в 1929 году на средства медонской общины. Настоятелем храма стал священник отец Андрей Сергеенко, который для росписи церкви выбрал именно Юлию Николаевну Рейтлингер. Этот проект стал новым веянием в иконописи, поскольку роспись была сделана Юлией не по влажной извести стен, а на фанере, предварительно загрунтованной известью.

Сестра Иоанна

Когда Юлия Рейтлингер закончила первую в своей жизни роспись храма в Медоне, ей исполнилось 30 лет. А через три года 11 сентября 1935 года в день Усекновения главы Иоанна Предтечи Юлия Николаевна Рейтлингер приняла решение уйти в монахини и была пострижена митрополитом Евлогием в рясофор. Рясофор — это самая низшая степень послушничества, правда со сменой имени. Так Юлия Николаевна Рейтлингер стала сестрой Иоанной. Монашеское послушание она совмещает со свободным творчеством и много работает в Париже – в частности, пишет одноярусный иконостас в храме-гараже общежития матери Марии на улице Лурмель. А в 1938 году Содружество св. Албания и преп. Сергия приглашают сестру Иоанну написать триптих для храма в богословском коллежде в Мерфилде на севере Англии. Эти росписи сохранились до наших дней и сейчас они находятся в англиканском монастыре Святой Троицы в Кроули (Западная Англия). Но удачные работы, обилие творческих замыслов и многочисленные заказы не мешали ей мечтать лишь об одном – о возвращении на родину в Россию. Это был не только внутренний порыв, но и завещание ее духовного наставника отца Сергия.

Сестра Иоанна переезжает в Чехословакию и до 1955 года ожидает там разрешения на въезд на территорию СССР. В Чехии и Словакии она также много работает – пишет иконы, копии с репродукций картин русских художников. «Я была обеспечена работой… Попутно писала с натуры, ибо край нравился мне исключительно», — вспоминала художница.

Ташкент – город хлебный

В 1955 году сестра Иоанна наконец-то получает разрешение от советских властей пересечь границу СССР, но при условии постоянного проживания в Ташкенте. После умеренного европейского климата Средняя Азия стала для нее пустыней с множеством солнца и одиночества. Практически полностью оторванная от творческой среды, сестра Иоанна занялась в Ташкенте росписью платков, чтобы хоть как-то заработать на жизнь. Только летом на несколько месяцев ей удавалось сменить эту знойную азиатскую жару на московскую прохладу. Именно в Москве она имела возможность восполнить свой главный пробел — дефицит общения. В столице монахиня знакомится с сыном отца Сергия Федором Булгаковым и его женой, встречается с дочерью художника М. В. Нестерова. Помимо Москвы сестра Иоанна иногда посещала Ленинград, где ее ждали Стеблин-Каменские и монахиня Елена. После оформления пенсии Юлии Николаевне Рейтлингер удается чаще и дольше бывать в Москве, где происходит знаменательное событие — ее знакомство с отцом Александром Менем. Юлия Николаевна передает ему дорогую святыню — облачение отца Сергия Булгакова, которое она бережно сохраняла долгие годы. «Знакомство с отцом Александром Менем как будто послано мне отцом Сергием. Вот и вся моя биография, ничем не замечательная, кроме моих наставников», — напишет сестра Ионна.

Более 15 лет Александр Мень был ее духовным отцом. Именно благодаря ему круг общения сестры Иоанны значительно помолодел. Она ведет активную миссионерскую деятельность, привлекая к православию не только молодежь, но ярых атеистов — представителей науки. Помимо духовной опеки большого круга своих друзей и знакомых сестра Иоанна продолжает писать иконы. Массовым заказчиком ее икон для прихожан церкви в Новой Деревне становится отец Александр Мень. Выставка этих маленьких шедевров – «свечечек», как их называл отец Сергий, состоялась в Центральном музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева в 2000 году.

Иконы сестра Иоанна писала до слепоты. Считается, что последней ее работой стала икона «Хождение по водам». Исследователи творчества сестры Иоанны полагают, что в последние годы своей жизни она словно заново переживала восторг юности от знакомства с истоками христианского искусства. Позднее творчество выявляет широкий диапазон ее художественных интересов, сопереживание разнообразным традициям, а также замечательное мастерство композиции и духовную подлинность образов. Земной путь сестры Иоанны закончился, когда ей было 90 лет. Слепая и глухая она умерла в Ташкенте, но до последней минуты молилась и поминала всех своих близких.

В ожидании реставрации

Это может показаться чудом, но медонские росписи, созданные сестрой Иоанной, пережили не только войну, но и многочисленные распри, а также пожары и потопы. Однако в 80-е годы минувшего столетия храм в Медоне стал убежищем клошаров, которые спалили ценнейший иконостас храма. Никита Струве принимал активное участие в спасении сохранившихся икон. Отодрав от стен собора уцелевшие росписи, он перевез их в «Центр помощи русским беженцам во Франции». Тогда частично иконы удалось отреставрировать и закрепить на щитах. Реставрацию проводил Николай Кириллович Чернетский, покинувший Россию в 1990 году и ныне живущий во Франции. Он имеет колоссальный опыт в восстановлении художественных ценностей. Выпускник Московского художественного училища имени М. И. Калинина, Чернетский принимал участие в восстановлении настенных изображений Лувра, Версаля, замка Фонтебло.

В 2003 году Никита Струве перевез медонские фрески в Москву и передал их в Библиотеку-Фонд «Русское зарубежье», где они хранятся и поныне. Эти поистине бесценные творения сестры Иоанны ожидают завершения реставрации, на которую в настоящее время продолжаются поиски средств. После полного восстановления планируется разместить все эти работы в часовне, которая будет построена в Москве.

 


Фотогалерея


Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.

Новости

16 февраля 2015

Дорогие друзья!

К сожалению, непростое с точки зрения сегодняшней экономики время, так или иначе отозвавшееся во всем, коснулось и нас. Начиная с 2015 года журнал «Иные берега» будет выходить только в электронном виде.
Надеемся, что это не помешает вам следить за нашими публикациями с прежним интересом и вниманием. Конечно, всегда приятно взять в руки с любовью изданный журнал и слушать шелест страниц, но... молодые поколения уже настолько привыкли к электронному способу общения и получения информации, что, может быть, и многие из них станут такими же верными поклонниками «Иных берегов», какими стали за годы существования журнала представители старших поколений.
До встречи в виртуальной реальности!
 
Наталья Старосельская