Искусство безвыходных положений

Вы любите безвыходные положения, когда никакого выбора, никакой альтернативы нету? Скажете — странный, однако, вопрос? А вот Рустам Ибрагимбеков — любит. Во всяком случае, без них, без этих положений, не может. Как-то его спросили: Рустам Ибрагимович, Ваши сценарии снимаются в разных странах, книги новой прозы регулярно выходят, режиссура добавилась, театральная и кинематографическая, общественная деятельность много времени забирает — зачем Вам еще театр «Ибрус»? Рустам ответил примерно следующее. Азербайджанско-русский театр сегодня очень нужен, и я был бы счастлив, если бы его придумал кто-то другой. Но так получилось — его придумал я, а значит, и создавать его, и заниматься им — мне.

И так у него всегда получается. Когда распался Советский Союз, когда центробежные силы оказались непреодолимыми, кинематографисты не захотели разбредаться по своим углам, но потребность эту, во всеобщей неразберихе, надо бы поправить, организовать, и возникла Конфедерация Союзов кинематографистов, председателем которой стал Рустам Ибрагимбеков.

Можно — и нужно — говорить о том, сколь важно для нас сегодня взаимодействие, взаимообогащение культур на постсоветском пространстве. Только бы слова не остались словами, а воплощались в реальность.

А реальность — это когда Конфедерация при весьма скромном финансовом ресурсе и очень небольшом количестве сотрудников, правда, высококвалифицированных и преданных делу, раз в год в Москве организует Форум национальных кинематографий, где ведущие кинематографисты бывшего СССР собираются, показывают свои новые фильмы, общаются, дискутируют. И ладно бы те, за плечами которых — общая история, воспоминания — нет, еще и Международная киношкола возникла, опять же в Москве, где совсем молодые ребята из ближнего зарубежья, набираясь ума-разума у мастеров, за несколько дней успевают так подружиться и сблизиться, что, похоже, это на всю дальнейшую жизнь. А «Соглашение о совместном кинопроизводстве», инициированное Конфедерацией и более трех лет перекладывавшееся с одного чиновничьего стола на другой? Ведь пробили сквозь все бюрократические рогатки, приняли в конце концов!

Конечно, Рустам занимался этим не один. Но без него ничего этого просто бы не произошло. Он придумал, а значит, забота его. Выхода другого — не было.

Реальность — это театр «Ибрус», когда в спектакле «Похожий на льва» (пьеса Р.Ибрагимбекова, постановка Р.Ибрагимбекова) лучшие азербайджанские артисты говорят на русском языке так, что многим артистам российским не худо бы поучиться. Реальность — это когда в спектакле «Последний поединок Ивана Бунина» (пьеса Р.Ибрагимбекова, постановка Р.Ибрагимбекова) на сцену выходит выдающийся азербайджанский артист Фуад Поладов, и я верю: да, Бунин, ибо масштаб личности соизмерим, ментальность — русская, а остальное — подробности. Реальность — это когда в спектакле «Тартюф Агаевич» (парафраз Мольера, пьеса Р.Ибрагимбекова, постановка Р.Ибрагимбекова) возникает ситуация, да, мольеровская, однако так печально узнаваемая, наверное, в любой постсоветской стране: лицемер без чести, без совести и при социализме, и при капитализме устроится равно комфортно. А если политологи придумают еще какую-нибудь общественную формацию — он устроится и там.

Рустам — профессионал, и может писать о разном, что для сценариста особенно существенно, однако есть некая тема, как мне представляется, сокровенная, обозначившаяся уже в раннем фильме «В одном южном городе». Кругом постоянно происходят несправедливости, большие и малые, и люди, как правило, стараются их не замечать. Так было, так будет, привыкли, жить-то надо, а выбиться из массы, пойти наперекор — извините, себе дороже. И герой, к которому в разных вариантах постоянно возвращается Ибрагимбеков, до какого-то времени соглашается, терпит. Но наступает момент, когда герой этот говорит себе: нет, дальше не могу. И, срывая с петель дверь, врывается в квартиру, где изо дня в день кричит женщина, надсадно и безысходно (пьеса «Женщина за зеленой дверью»). Или дает пощечину влиятельному негодяю, решительно не просчитав тяжкие для себя последствия такого поступка (фильм «Прощай, южный город»). Просто иначе не мог. Другого выхода не было. У прочих были другие выходы, а у него — нет.

Рустам Ибрагимбеков — человек основательный, последствия поступков просчитывает. Но, просчитав, совершает поступки. Что же до степени их рискованности — это знает, наверное, только он один.

...Вот и 70 ему стукнуло. Что же пожелать моему старому другу? Наверное, и дальше — безвыходных положений, которые он сам себе придумывает.

Фотогалерея

Комментарии